Лучшее на сайте:

Выпуски альманаха:

Об альманахе:

Литературный альманах «Истории о любви» посвящен теме любви - все о любви и только о любви. Мы публикуем произведения о любви от известных и начинающих писателей. Узнайте больше о любви вместе нашим с удивительным и необычайным альманахом.

Объявления:

Внимание! Альманах ищет спонсора и финансовой поддержки. Предложения высылать на почту: alex.gaff@mail.ru .

Вниманию авторов! Начинается набор произведений для XII выпуска альманаха «Истории о любви».

Мы в соцсетях:

Реклама:


Яндекс.Метрика

Через город, напрямик (рассказ)

Утро начиналось с воя пилы. Она визжала остервенело, с ненавистью вгрызаясь в дерево. Потом отчаянно шелестели листья, хрустели ветки, глухо ударялись о землю. На минуту пила замолкала – и снова вскрикивала злобно и протяжно. От последнего удара дом вздрогнул. Серый представил, каких размеров должен быть упавший ствол, чтобы так тряхнуло, тихо выматерился и пошел умываться.

До Мышки он добирался на метро – практически из одного конца ветки в другой; забившись в угол вагона, рассматривал плакаты на стенах. Плакаты изображали Идеальный Город – жмущиеся друг к другу дворцы и небоскребы, без людей, без деревьев. Одни только бронзовые памятники ходили по этому городу. Их двигали, как пешки – одного в центр, другого на задворки.
«А ведь как удобно, - думал Серый, пока поезд без остановок пробегал закрытые центральные станции, - создать город, населить памятниками, каждому в руки плакат «Хвала Демиургу!». Это и есть стабильность. Неужели никто про это не писал? Спросить непременно у Мышки…»

- У Стругацких было, - Мышка грызла карандаш, глядя то на Серого, то в блокнот, где не получался набросок. – То он в бронзе, а то он в мраморе. Ты еще скажи спасибо, что у нас такое разнообразие… безобразие…
- Точно безобразие, - Серый вытянул шею, разглядывая рисунок. – Не похож. Ты не в настроении, что ли?
- Наверно, - Мышка пожала плечами, захлопнула блокнот.
- Пошли, я тебе мороженое куплю. Сразу полегчает.
- Кто ж от мороженого отказывается? – Мышка скинула домашнюю драную майку, влезла в другую, поприличнее. – Так сойду?
- Леди, вы всегда прекрасны! – Серый сорвал с головы воображаемую шляпу с пером и отвесил ей поклон. Мышка щелкнула его по носу.

- Я сегодня во сне летала, - призналась она на улице. – Опять мало.
- Не запомнила, как?
- Запомнила, еще с прошлого раза, а наяву все равно не получается. Наяву я тяжелая.
- Хочешь, я тебе книжку по йоге принесу? Там и про левитацию есть.
- На хрена мне левитация? Я летать хочу, а не левитировать…
От перекрестка донесся вой сирены, и тотчас поток машин на дороге стал иссякать.
- Вот черт, перекрывают, что ли? Ну мы попали…
- Бежим, пока не увидели, - Серый рванул Мышку за руку вперед, к ближайшему проходу между домами. Улица стремительно пустела, двери магазинов захлопывались. Одинокая милицейская машина на дороге продолжала завывать и гудеть, медленно настигая их. Серый с Мышкой бежали по безлюдной улице.
Сворачивая в дома, он оглянулся: милицейские вышли из машины и теперь расползались вдоль дороги, держа наготове автоматы. За ними гнаться не стали – видимо, уже не успевали, но он на всякий случай потащил Мышку за гаражи, в ближайший подъезд.
- Странно, - Мышка тяжело дышала после пробежки, но все равно поднялась наверх, к окну между этажами, из которого просматривался двор. – Обычно он утром или вечером ездит, и то не по этой дороге.
- Ну мало ли, - Серый закурил, выбросил спичку в окно. Оба замолчали, прислушиваясь. С дороги не доносилось ни звука.
- А я вчера одноклассницу нашла, представляешь, - Мышка облокотилась на подоконник, положила голову Серому на плечо.
- Неужели на дороге валялась?
- Балда, - протянула Мышка. – Где ищут одноклассников? На «Одноклассниках». Вообще-то это она меня нашла, если честно.
- И как?
- Смешно. Вышла замуж, живет теперь в центре, в Образцовом Районе.
- Ого!
- Угу. Все рассказывала, как у них там здорово – чисто, красиво, все рядом с домом: и работа, и детсад, и школа, и поликлиника. На базаре, говорит, все дешево, еда и шмотки копейки стоят. Туристов все время привозят, те в восхищении. Так, говорит, тут хорошо, жалко, что тебя позвать в гости не могу. Я ее к себе тогда пригласила. Спасибо, говорит, приеду. Месяца через два, если пропуск наружу дадут.
С дороги донесся многоголосый машинный вой.
- Ну вот и поехали, - пробормотал Серый. – Минут через двадцать пойдем.

Улица, на которую они выбрались, изменилась до неузнаваемости. Дорога была наполовину перекрыта, за решетками ограждения работяги в оранжевых жилетах уже взламывали асфальт. Машины впритирку ползли по оставшейся части трассы, подпираемые сзади экскаватором, который пробирался на помощь работягам. Впереди сносили недавно пристроенный к дому магазинчик, сзади кран поднимал на грузовик киоск «Союзпечать». Милицейские грузились в машины. Сверху падали спиленные ветки.
- Здесь был Демиург, - мрачно сказал Серый.
- Пошли домой, - потянула его за рукав Мышка. – Что-то мне расхотелось мороженого.
Ветер понес по тротуару пыль. Навстречу шли люди с лопатами и еловыми саженцами.

- Как ты, Мышь? – Серый заваривал кофе, прижимая телефонную трубку ухом к плечу.
- Сижу на окне, делаю наброски. У меня тут субботник под окном.
- Сегодня же пятница!
- Ну, значит, пятничник. Школьники подметают. Пылюка жуткая, приходится сквозь стекло рисовать.
- Я приеду?
- Приезжай. Ты в курсе, что еще две станции закрыли?
- Блин, нет. И как теперь?
- Нужно ехать до «Подрастающего поколения», а от нее возвращаться на автобусе.
- Вот зараза, скоро до тебя проще будет пешком дойти.
- Через центр?!
- Да, это вряд ли. Я тебе рассказывал, как Кот напрямую ходил? Поперся через центр, причем летом, в жару. Там же тени нет, одни елки торчат. Воды с собой не взял, вообще ничего, короче. Упал и до вечера провалялся, людей нет, помочь некому. Вечером его милицейские забрали. Потом откупался еще.
Оба помолчали.
- Ты так и не хочешь ко мне перебраться?
- Ну Мышь. А с мамой как? Одну бросить?
- Ясно. Ну давай, до встречи.
- А ты ко мне?
- Уже обсуждали. Кошки. Кисти-краски-холсты. Твоя мама, опять же. Пока, жду.

Автобус шел каким-то новым маршрутом – кажется, параллельно тем улицам, где он ездил раньше. Серый в растерянности смотрел в окно, выглядывая знакомые места. Какие-то фрагменты совпадали, но улицы все больше были незнакомые. Или еще хуже – вроде бы знакомые, но совершенно из других районов города.
Серого добил памятник Гагарину, который неожиданно оказался посреди базарной площади, за несколько километров от того места, где ему полагалось находиться. Он протолкался к кабине водителя.
- Дальше как пойдет?
- А через Северный, - бросил водитель.
- Как же через Северный? – опешил Серый.
Водитель поглядел косо и отвечать не стал. Серый выскочил на ближайшей остановке и пошел пешком.
Прохожие не знали, как попасть на Мышкину улицу. Только какая-то бабка помнила, где это, и долго объясняла Серому, куда пойти и где свернуть, пока он не запутался окончательно. Поворотов, обещанных бабкой, в природе не существовало; тогда он пошел наугад, стараясь держаться нужного направления.
Там, где ему пора было перейти дорогу, уже поставили разделительные решетки – не перелезть. Пришлось идти дальше, чуть ли не километр, до перехода. Оттуда он пытался вернуться, но все время забредал в тупики. Здесь построили какие-то магазины или рестораны, загородили их решетками, которые заняли все пространство между домами. Когда Серый их все-таки обогнул, начались гаражи – уже вообще безо всякого плана, целый лабиринт гаражей. В лабиринте сидел Минотавр – толстый милицейский, пил чай и подозрительно смотрел на Серого. Тот поспешил отступить, пока не потребовали документы, и снова сбился с дороги.
Начинало темнеть, уже зажглись фонари. Жилые дома были похожи на Мышкин, но Серый знал этот район и не обольщался – здесь все здания строились по одному плану. Однако вот и знакомый забор мелькнул, вот и школа за деревьями… Значит, он сейчас прямо за Мышкиным домом, только обогнуть его. Серый ускорил шаг, потом побежал – и выскочил прямо к метро, к той станции, откуда и вышел.

- Теперь вообще никак, все перекрыли. Говорят, только на машине можно, с пропуском.
- Как же я к тебе попаду? – Серый сжал трубку так, что она хрустнула.
- Ко мне… - Мышка замолчала. Серый ждал.
- Знаешь, - нерешительно сказала она наконец, - а я же все-таки научилась…
- Ты о чем? Ты знаешь, как мне доехать?
- Да нет. Летать. Я научилась летать.
- Мышь… - Серый поперхнулся, - Мыша, ты чего?
- Все нормально. Я летаю. Жди, я скоро буду.

Серый еще какое-то время прижимал трубку к уху, слушая медленный равнодушный гул. Потом опустил ее на рычаг, подошел к окну, прижался лбом. Где-то далеко по небу шарил прожектор. Серый долго следил за ним. Потом опомнился и начал срывать бумажные ленты, которые заклеивали окно, не давая его распахнуть.

© Вика Осадченко

Поделитесь с друзьями и знакомыми: